Об аромате от Filippo Sorcinelli
Надеюсь, ты станешь одержимостью,
ведь ты помогаешь жить.
Ты затемняешь фальшивую реальность
и действуешь в тени,
стирая границу.
Двенадцатый аромат монолитной коллекции UNUM стремится осмыслить эмоцию всех эмоций - страх, почти традиционно беря за отправную точку отрывок из Евангелия от Матфея, где рассказывается притча о десяти девах, откуда заимствовано и название. Речь идёт о женщинах, которые предусмотрительно отложили масло, чтобы питать свои лампы в момент прихода жениха. Мы знаем, что из десяти женщин лишь пять - названные именно разумными - примут участие в свадебном пире, тогда как остальные, которые пошли искать масло для своих ламп, вернувшись, найдут двери закрытыми. «Господи, отвори нам», - скажут они, когда придут, услышав в ответ: «Истинно говорю вам: не знаю вас». Мы также знаем, что, ожидая, они тоже уснули, но были готовы проснуться и приготовиться, чтобы радоваться приходу жениха: «Итак, бодрствуйте, потому что не знаете ни дня, ни часа», - читаем у Матфея. Но это лишь начало. На самом деле идея состоит в том, чтобы пойти ещё дальше евангельских слов и встретиться со страхом гораздо intensивнее и глубже, там, где живут даже противоречивые эмоции, поддаваясь соблазнительному очарованию опасности, своеобразному «amor fati», как утверждал Ницше, то есть присутствию неуправляемого. Этот элемент пронизывает хоррор-литературу и не только и есть именно власть неконтролируемого над нами. Однако страху всегда нужно ещё что-то, чтобы быть страхом: не отсутствие мужества, а присутствие того, чего мы желаем больше всего. То, что остаётся высшим стремлением большинства людей, одновременно приносит и беду. Это свобода. И этот парфюм излучает идею разрушения, добровольного молчания и внутреннего погружения, необходимого, чтобы углубиться в русло существования, спрятанное в самых отдалённых глубинах кожи.
Но контроль над страхом порождает влечение к нему, вплоть до того, что мы испытываем наслаждение от страха, который сами ищем, хотим и держим под контролем. Ведь человек окутан ужасной судьбой, а наше общество, через насильственное массовое уподобление, хочет оглушить себя и отрицать истину, то есть Бытие-к-смерти. Только так человек становится я в собственной глухой и тёмной тени и обнаруживает свою настоящую природу, состоящую из противоречий и желаний. Ведь перед лицом страха рождаются первичные потребности видимого беспорядка, к которым относится и усыплённый, скрытый и опасный эротизм, делающий возможным невозможное.
Упаковка, строго выдержанная в эстетике коллекции UNUM, на этот раз закрыта холодной прозрачной плёнкой и серебристой этикеткой. Серебристый флакон, в свою очередь, помещён в «глухой» чёрный бархатный мешочек, запечатанный термоусадочной оболочкой, которую буквально нужно разрезать металлическими ножницами, лежащими внутри коробки.
Перед лицом жизни, на планете хрупких существ, после почти религиозного падения в царство пороха, потеряв любые надёжные ориентиры, человек нерасторжимо связан со страхом, обречён блуждать по ночным сторонам души и в той комнате ощущать, словно тусклый свет, придающий конечностям уродливые искривления, останавливаясь и разделяя монструозные вещи, которые стремятся пожрать благопристойность, находя наслаждение в том, чтобы душить души, считаясь уже не с балансами жизни, а с формой спасения, которая удаляется всё дальше.